Этот странный красно-черный «флирт»

В этом году итальянцы пригласили руководить кинофестивалем La Biennale di Venezia «варяга» — швейцарца Морица де Хадельн, много лет возглавлял Берлинский международный просмотр кино. Размышляя, чем же задеть нерв итальянца и зрителя вообще, и учитывая то, что 2002-ый для венецианского Кинолев юбилейный — 70 лет! — Он позвал на «Большую Раду» киноведа Г. И. Шлегеля, которому 15 лет работал в Берлине. Известный историк кино обратил внимание на то, что кинофестиваль в Венеции начинался под знаком странного «флирта» кино номенклатуры Сталина и Муссолини и советские картины на первых двух просмотрах имели большой успех. И в программу в Венеции включили ретроспективу «70 лет La Biennale di Venezia: серп, молот и fasce / 1932—1942 /». К нынешней ретроспективы вошли советские фильмы «Путевка в жизнь» (реж. Ник. Экк), «Пышка» (реж. М. Ромм), «Окраина» (реж. Б. Барнет), «Новый Гулливер» (реж. А. Птушко), «Веселые ребята» (реж. Г. Александров), «Герои Арктики» (Я. ПОСЕЛЬСКИЙ). Венецианский кинофестиваль — старейший в мире, основанный в 1932 графом Вольпи, министром правительства Бенито Муссолини на Лидо де Венеция / Lido de Venezia /, курортной зоне состоятельных людей. Кстати, тогда он назывался Международная киновиставка «Mosta».

Хотя за рулем Италии стоял в то время Муссолини, в первом фестивале приняли участие три советские ленты, две из которых очень связаны с Украиной — «Земля» Довженко и экранизация романа Шолохова «Тихий Дон» режиссера А. Преображенской. Кстати, пролог последней напоминает украинскую ленту А. Кордюма «Джальма». Только там красноармеец привез в село жену — чеченка, а тут казак — турчанка. В обоих случаях местные встретили их враждебно, и целью фильмов было вызвать у зрителей осуждение этого. Понятно, что такие ленты абсолютно не соответствовали линии фашистской идеологии. Ну, а «Земля», как известно, вынудила Гитлера признать: «Она опасна, как хорошо вооруженная армия врага».

Но тогда наибольший успех имела не «Земля», а «Путевка в жизнь» Экка, который, кстати, посвятил эту работу Ф. Дзержинскому. Несмотря на это, зрители (системы жюри тогда еще не было) признали эту ленту лучшей. В фильме изображены бедные, бездомные дети, которых возвращали в социум, к нормальной жизни. Наверное, такая тематика волновала эмоциональных и чадолюбивые итальянцев. Среди них были и те, кто в будущем стали кинорежиссерами-неореалистамы и вспоминали, что первые импульсы на таком пути в искусстве они получили собственное благодаря этому фильму. Как, например, Алессандро Блазетти. Понятно, большим событием был и высокий для того времени технический уровень картины — первый советский звуковой фильм. Однако совсем иначе поняли суть этого фильма недогматични левые, особенно французские сюрреалисты (Бретон, Элюар, Кревель), которые опубликовали на страницах журнала «Сюрреализм на службе революции» полемику против «Путевки в жизнь». Ее они считали доказательством того, что Советский Союз отошел от революционного пути и воспитывал юных в духе конформистской морали старого общества. И действительно, несмотря на все стоимости ленты и то, что ее продали в 26 стран, сейчас ее невозможно смотреть без ассоциации с «архипелагом ГУЛАГ». Эти советские ленты попали в Венецию более или менее спонтанно, не по официальным каналам Главного управления кинофотопромисловости при Совете Министров СССР. Тогда еще были частные студии. Министр Борис Шумяцкий начал переводить эту промышленность на государственные рельсы и внедрять новую идеологическую и эстетическую линию.

Успех советских фильмов 32-го года стимулировал Шумяцкий приехать на Второй венецианский фестиваль и на этот раз уже с 11 лентами. Теперь работало жюри, и весь советский «кинопакет» признали лучшей программой среди других. Правда, не все картины и не в полном объеме могли быть показаны широкому кругу зрителей. Ленту Д. Вертова «Три песни о Ленине», например, представили только избранным. И все же в итальянской прессе можно было прочесть, что «основной смысл этой картины в том, что, хотя Ленин умер, однако его идеи и творчество продолжают жить». Эта концепция помогла Вертова создать серию чисто художественного качества и невиданной мощности творческой мысли ( «Lavoro»). Жюри на первое место поставило ленту о героической смелость челюскинцев «Герои Арктики» ( «Челюскин») Якова Посольского (операторы А. Шафран и М. Трояновский. Фильм завершался словами Сталина: «Для большевиков нет таких крепостей, которых бы мы не заняли. Подчеркну, все это происходило во время правления Муссолини. Парадоксально, что на Международной выставке «Mostra» 1934 так терпимо отнеслись к этой цитаты. Возможно, потому, что тогда еще были живы воспоминания о трагедии экспедиции Нобеля. Но еще вероятнее, что на зрителя сильное впечатление произвела патетическая эстетика тоталитаризма, близка и личным тенденциям дуче.

Страницы: 1 2 3 4 5