Гран-при «Молодости»: «12.08 к востоку от Бухареста»

Красивые и : собственное производство ООО "Тарра"

На нынешней «Молодости» румынский кинематограф вызвал особый интерес: сразу три фестивальные награды достались румынским фильмам (два из них — за лучшую короткометражную ленту — «Марилена с Р7» режиссера Кристиан Немеску, а также Приз имени Ива Монтана лучшей молодой актрисе — Кристине Митителу за декабря в том же фильме). А гран-при получила первая лента Корнелиу Порумбою "12.08 к востоку от Бухареста».

Фильм уже успели положительно оценить на МКФ в Каннах, наградив «Золотой камерой» за лучший дебют. Также и на «Молодости» едва ли не впервые за многие дни решение предоставить главный приз был единогласным. Собственно, уже после просмотра нетрудно было заметить особую, действительно очень позитивную, настроенность жюри, как и восторженную реакцию присутствующих в зале.

Фильм, кроме того, подтвердил, что качество фильмов зависит не от бюджета, эффектности съемок или звездности актерского состава. При минимальных материальных затрат, можно даже сказать, максимальному аскетизме постановки (все в основном происходит в закрытом помещении провинциальной телевизионной студии, а сюжет закручен вокруг одного телевизионного эфира с участием трех человек — играют Мирча Андрееску, Теодор Корбан, Йон Сапдару) было достигнуто максимального эффекта : чисто румынский, на первый взгляд, политическая сатира приобретает почти универсальных масштабов, а в бесконечных разговорах на тему «была не была ли революция в нашем городе?» легко увидеть аналогии не только с украинскими реалиями, но и с современным информационным миром в целом, в котором манипуляция общественным мнением и подмена понятий становится уже даже не средством для достижения определенных целей, а самой сутью его функционирования.

Поймала себя на мысли, что на вопрос знакомых «а о чем же фильм?» Не могу подыскать мгновенный ответ, ограничиться одним или даже несколькими предложениями. Можно сказать, что это фильм о румынской революции 1989 года — ту, в ходе которой состоялось кровавое свержение диктаторского режима Чаушеску. Можно сказать, что это фильм также о рецепцию этой революции нынешними румынами, фильм о провинциальность территориальную (события происходят в городке, украинским аналогом которого могли бы стать Бровары или, скажем, Стрый под Львовом) и провинциальность бытийная, когда все человеческое существование замкнуто в нехитром повторении толку действий (играть каждый год в школе роль сначала Деда Мороза, а затем и Санта-Клауса или слушать старый телевизор, или же каждый вечер напиваться, потом толочь морду местном китайцу, трезветь, извиняться и занимать у него деньги на следующую бутылку).

Но безнадежность провинции даже не в ограниченности возможностей или недостатке событий, людей, движения вообще, а скорее в том, что люди здесь — особенно в провинции постсоветского образца — чувствуют свою вторичность и, стремясь избавиться от нее, существуют под вечным мифом «столицы»: каждый житель такого-то городка с радостью променяет его на Бухарест (читай: Киев, Львов), хотя вряд ли сумеет в нем вжиться и избавиться от провинциальности бытийно.

Наконец и само название объясняет, о чем фильм. 12.08 — точное время, когда в Бухаресте началась революция и население массово вышли на улицы. И главный вопрос, интересующий ведущего вечернего эфира (он одновременно и владелец телевизионной студии, бывший инженер, рассуждать попытался на безконкурентному рынка реализовать «успешный» проект, основав собственный канал, рассчитанный исключительно на местную аудиторию), — «была не была ли революция в нашем городе? " Иначе говоря, вся суть длинной толку передачи (которую, кстати, представлена в «реальном» времени), свелась к одному: население городка вышло на улицу до или после 12.08? Ведь от этого зависит, где началась революция.

Полная некомпетентность и неэтичности ведущего, проникнутого лишь собственной личностью (здесь сатира ощутима в полную силу), его навязчивость ( «Так вы были или не были на площади до 12.08?» Или же «Как вы могли быть, если такой-то говорил , который был на площади и вас там не видел? »), как и полная беспомощность присутствующих« героев »(« я там был, но такой-то, только что позвонил, меня не увидел, потому что я стоял с другой стороны ») создают ощущение полного абсурда.

Кстати, диалоги персонажей, бесконечное повторение одного и того же вопрос и каждый раз отличные ответы до боли напоминают «бритоголовые певицу» Ионеско. Там, как и здесь, контакт между персонажами безвозвратно потеряно, слова перестают апеллировать к определенным реалиям, означникы уже не отсылают к означаемого, а звуки превращаются в обычные акустические колебания.

Интересно и операторское решение (также как минимум затратно): ту часть фильма, что происходит в студии, представлен как телевизионные съемки. А то, что на местном канале есть лишь одна-единственная камера, умышленно обостренно: она не до конца исправна, и переходы от более близкого к дальнейшему планов каждый раз вызывают проблемы (мы слышим голос ведущего, а на экране все еще видим лицо гостя, пока камера достаточно приблизится или удалится.

В фильме, кроме того, множество мелких деталей, ироничных замечаний и нюансов (отдельные кадры и разговоры персонажей дают гораздо большее представление о современном румынское общество, чем если бы об этом долго рассказывали или подробно показывали), и именно такая якобы неумышленного детализация и создает иллюзию полноты и совершенства фильмовый мира.

Уличные фонари, что в конце один за другим зажигаются в вечернем городке, становятся по сути метафорой целого фильма (ее озвучил также один из персонажей): революция распространяется как цепная реакция, от одного лица к другому, как фонари на улице — сперва один, потом следующий — и так до последнего. И наконец имеет значения, какой фонарь засветился первый.

А ответ на вопрос «была ли таки революция?» Утвердительный в том случае, если твой фонарь светился ...